1 сентября 2026 года реформа системы саморегулирования в строительстве перешла в активную фазу. С этой даты заработали в полном объеме новые нормы законодательства о саморегулировании в строительстве. Таким образом, семена перемен, занесенные в Градостроительный кодекс с 1 марта 2026 года Федеральным законом 309-ФЗ, проросли, и участники системы с волнением ожидают сбора плодов. С просьбой прокомментировать эти ожидания редакция «Правды о СРО» обратилась к одному из своих постоянных авторов.
Глобальный контекст
Реформу системы саморегулирования в строительстве невозможно рассматривать в отрыве от глобальных задач, поставленных руководством страны перед строительной отраслью и Минстроем в 2020 году. На протяжении последних шести лет строительный блок Правительства системно работает над сокращением сроков реализации строительных проектов и повышением эффективности государственных инвестиций. Решение о реформировании системы СРО принято именно в этом контексте. Хорошая новость для участников саморегулирования заключалась в том, что на данном этапе систему СРО решили приспособить сохранить и усовершенствовать в контексте глобальных задач.
Основные сложности и риски реформирования системы СРО полностью отражают трудности реформирования строительной отрасли и сложившейся системы распределения государственного заказа. Корни этих трудностей глубоко уходят в прошлые исторические периоды, пронизывают множество смежных отраслей и тесно связаны с вопросами земельного, территориального, экономического, социального и регионального развития. К примеру, на срок реализации реформы СРО одинаково существенное влияние оказывает и поручение Президента России принять закон о мастер-планировании, и введение СНИЛС экспертов в машиночитаемую форму экспертных заключений, и поправки Минфина в правила оценки заявок участников закупок с учетом деловой репутации, и множество других регуляторных решений различного уровня, включая общие темпы цифровизации системы государственного управления градостроительной деятельностью (см. ГИСОГД).
С точки зрения глобального контекста, в результате реформы СРО государство рассчитывает:
- повысить эффективность системы допуска подрядчиков к исполнению государственных заказов в сфере строительства,
- повысить эффективность системы ответственности членов СРО за исполнение договорных обязательств (в том числе, за счет введения текущего контроля их исполнения),
- построить эффективную систему контроля за ходом реализации строительных проектов.
Любое повышение эффективности на старте требует дополнительных затрат и обычно приводит к оптимизации системы — повышению прозрачности взаимодействий и сокращению количества участников. Все три этих момента для системы саморегулирования очень чувствительны и актуальны.
Рост стоимости членства
Как бы не расширялись функции СРО, финансовая нагрузка в конечном счете ложится на её членов. Мы видим, что стоимость членства в СРО увеличивается, и обслуживать членство в СРО для неработающих на стройке организаций, в том числе в паузе между исполнениями контрактов стало накладно. Что будет с этими организациями дальше пока неясно, но есть шанс, что регулятор разрешит таким предприятиям сохранять членство в СРО без права заключения контрактов, или уравновесит возросшие квалификационные требования более гибким подходом к присвоению уровня ответственности.
При любом исходе количество членов СРО в среднесрочной перспективе будет сокращаться, а значит, будет сокращаться и количество самих СРО. В этих обстоятельствах уверенно себя чувствуют только СРО – монополисты и крупные СРО, объединяющие 600 и более членов. Вместе они составляют около 22 % действующих строительных СРО.
В конце 2025 года в России было 32 региона с единственной строительной СРО и 51 СРО строителей с численностью более 600 членов (~22% от общего числа СРО).
Очевидно, что государству удобней иметь дело с ограниченным кругом крупных и надежных генеральных подрядчиков. С другой стороны, система СРО работает на самоокупаемости, перед ней поставлены масштабные задачи, и оставить систему без достаточных финансовых ресурсов тоже никак нельзя. У руководителей СРО есть конкретные предложения как эти ресурсы сохранить:
- вернуть обязательное членство в СРО для субподрядчиков,
- снизить требования для членов СРО, не принимающих участие в исполнении государственного заказа,
- предусмотреть гибкое регулирование для уровней ответственности членов СРО
- и т.д.
Сокращение общего количества членов СРО мы уже наблюдаем – по официальным данным с начала 2026 года членов строительных стало меньше на 1,5 % (это порядка 1 600 компаний). Аналогичные процессы идут у изыскательских и проектных СРО. Сколько членов СРО в итоге покинет систему, а сколько решит пойти на увеличение стоимости членства и остаться в саморегулировании, мы узнаем примерно через год — полтора после вступления в силу 309-ФЗ, то есть не ранее апреля будущего года.
Рост компетенций
Сами саморегулируемые организации в последние полтора года активно отрабатывают различные способы защиты средств компенсационных фондов, в том числе, на случаи возможного сговора заказчика и подрядчика с целью хищения бюджетных средств и от других коррупционных схем. Мы видим, что СРО стремительно набирают компетенции в управлении рисками через страхование, ускоренными темпами внедряют в работу цифровые продукты, активнейшим образом погружены в судебную практику и т.д. В дальнейшем новые компетенции СРО могут быть использованы по разному… здесь тоже очень многое зависит от политической воли регуляторов – в принципе, система сейчас одинаково готова и к дальнейшему наращиванию лоббистской мускулатуры, и к дальнейшему сближению с органами государственной власти.
Для саморегулирования, как и для стройки в целом, остается очень чувствительным вопрос прозрачности, тесно связанный с тотальной цифровизацией — ресурсов, финансов, проектов, требований, процессов и т.д.
Медные трубы
С момента своего создания система саморегулирования в строительстве в меру успешно решает задачу регистрации и учета юридических лиц – участников строительного рынка. Вместе с тем, для практиков саморегулирования очевидно, что не все участники строительного рынка занимаются непосредственным строительством и являются непосредственным производителем работ.
Реформу СРО в 2017 году проводили под девизом самоочищения системы и обеления средств компенсационных фондов. Тогда количество членов СРО сократилось почти на треть, но завершить процесс обеления политической воли не хватило, и состав участников саморегулирования по-прежнему неоднороден. Реформа 2026 года, по сути, также направлена на выявление реально работающих в сфере строительства подрядных организаций.
Ключевой элемент реформы — существенное расширение состава сведений Единого реестра членов СРО и их обязательств включает формирование в его составе цифрового реестра договоров строительного подряда и синхронизацию сведений реестра юридических лиц — членов СРО с данными национальных реестров физических лиц – квалифицированных специалистов в сфере организации инженерных изысканий, проектирования и строительства (см. НРС: хватит ли рынку ГИПов).
Ключевой элемент Реформы СРО 2026 — расширение состава сведений Единого реестра членов СРО и их договорных обязательств.
Предполагается, что расширение сведений реестра членов СРО позволит регулятору провести качественный анализ состава участников саморегулирования и станет основой государственной системы рейтинговой оценки опыта и деловой репутации подрядчиков – потенциальных исполнителей государственного заказа.
В новой цифровой реальности созданные в рамках системы саморегулирования информационные системы — Единый реестр членов СРО, Национальные реестры специалистов НОСТРОЙ и НОПРИЗ, АИС Рейтингование подрядчиков, наряду с ЕИС в сфере закупок или единой базой данных ФНС должны стать источниками первичных данных для государственных информационных систем. Ставки высоки, и, пожалуй, именно цифровизация — самый серьезный вызов для системы саморегулирования.
В свою очередь, для национальных объединений СРО – НОСТРОЙ и НОПРИЗ серьезным вызовом стал резко возросший политический вес. В первую очередь, как организаций – держателей отраслевых информационных систем федерального уровня.
Процесс интеграции отраслевых АИС с ГИС, выход на прямое взаимодействие с аппаратом федеральных органов государственной власти уже стал для Национального объединения изыскателей и проектировщиков и Национального объединения строителей серьезной проверкой на политическую, организационную и профессиональную зрелость.
Вопросы переходного периода
Повторюсь — политическое решение о сохранении системы саморегулирования и об использовании рейтинговой оценки подрядчиков в системе государственных закупок принято, но реального понимания как именно всё это будет работать у руководителей СРО пока нет. Нет понимания на каком уровне будут установлены базовые критерии и фильтры, нет какого – то окончательного нормативного контура, и судя по всему в ближайшие месяцы он не появится.
Правила саморегулирования, уточняющие требования и нормы 309-ФЗ до сих пор не утверждены и находятся в стадии разработки и согласования.
Также потребуется существенное время на отработку предусмотренных новыми требованиями закона взаимодействий — между федеральными органами власти и национальными объединениями СРО (НОПРИЗ и НОСТРОЙ), между СРО и их национальными объединениями и т.д. То есть пока неясно будет ли это взаимодействие точечным (как выплаты из фондов СРО до 2022 года) или гораздо более вовлеченным и плотным.
Также пока совершенно неизвестно как в новых законодательных условиях будет работать система контроля и надзора за деятельностью СРО и их национальных объединений (а это один из ключевых инструментов настройки системы).
Также нет достаточных гарантий по сохранению роли и дальнейшей судьбе средств компенсационных фондов СРО.
Хотелось бы надеяться, что у главных идеологов реформы СРО есть согласованная дорожная карта — план поэтапного перехода к обновленной модели саморегулирования и понятные инструменты точечной настройки обязательных требований в переходный период.
Сохранить как PDF файлОбсудить на форуме